Автор экспериментирует с формой на границах сюрреализма, а метафоры, художественные детали могут получать столь неожиданную роль, что повествование как бы сходит в них, как в некую суть. Многое проникнуто логикой сна, события удивительны, фантастичны по развитию, по движению, герои мыслят четко, но отвечая законам этих событий. В то же время, стиль, манера письма чаще пространны – проза Евгения Москвина требует внимательного, медленного прочтения.